Певец Игги Поп и группа его юности The Stooges воссоединились (не хватает только скончавшегося Рона Эштона) и дают 5 августа концерт в московском клубе Milk. Гарантированы: бешенство и разрыв души на сцене, старые хиты, дурное кондиционирование, давка на входе и выходе и печальный сычиный взгляд, которым Джеймс Ньюэлл Остерберг-мл. будет смотреть в зрительный зал.

Не совсем понятно, почему именно Игги Поп олицетворяет настоящий жестоко опасный рок-н-ролл. Он, конечно, бесится на сцене, но разные другие люди делают это еще более энергично. Собственно, это вопрос препаратов, и у группы Prodigy они заметно забористее. Игги Поп выступает, будучи уже стариком, обезображенным рок-н-роллом, и темпа не сбавляет, но Мик Джаггер -- еще старше, а сэр Пол Маккартни так и вовсе давно уже должен был пнуть ведро -- и ничего, выкладываются, даже на стульчик не норовят присесть во время выступления. Игги Поп считается отцом панк-рока, но кроме него этими же отцами числятся еще человек десять, включая Ramones. Игги Поп изобрел многое, без чего не было бы современной музыки, например «стейдж дайв» -- прыжок со сцены на руки восхищенной толпе. Но этот прием впоследствии был доведен до совершенства разными другими людьми, прежде всего Моби, который однажды прыгнул со сцены на концерте группы Black Flag, восхищенная толпа вежливо расступилась, и будущий гений электроники грохнулся физиономией о бетонный пол.

Тут важно не питать иллюзий. Помните, несколько лет назад был концерт RZA в ресторане «Тинькоff»? Как раз вышел фильм «Убить Билла» с саундтреком Риззы, и администрация гламурного лаунжевого пивняка позвала нового кинокомпозитора, нового Эннио Морриконе или, допустим, Альфреда Шнитке. А приехал неприятный лицом и напрочь укуренный негр, который устроил черный самурайский рэп и натуральную войну, так что менеджеры в галстуках повисли на люстрах и балюстрадах от счастья и ужаса.

Так вот, последние двадцать лет Игги много чем занимается. Он тусуется с Джармушем и другими режиссерами, он снялся в «Кофе и сигаретах» вместе с Томом Уэйтсом и еще во множестве фильмов, поработал кинокомпозитором, попал наконец в зал славы рок-н-ролла. Ему 63 года, и можно было бы уже решить, что нас ждет уже вполне ручной Игги, живой классик и легенда. Что мы увидим Игги Попа в концертном фраке или в красном клубном пиджаке с бабочкой, что он будет, похлопывая в ладоши и наклоняя микрофонную стойку, петь озорным голосом что-нибудь из репертуара Синатры и Кобзона. Но вместо этого мы опять получим некрасивого полуголого деда, который будет противно реветь и рычать, как будто за последние сорок лет ничего не изменилось.