В Мессине квартирует полк. Спецназ отрывается на дискотеках. Девушки предпочитают военных. В Театре имени Пушкина состоялась премьера спектакля «Много шума из ничего».

Много шума

Режиссер Евгений Писарев -- признанный постановщик комедий, чей хит «Одолжите тенора» в Пушкинском когда-то убедил критиков, что «бульвар» можно примирить с интеллектуалами. Он признается, что давно приглядывался к Шекспиру. Еще когда работал ассистентом у англичанина Деклана Доннеллана, одного из самых знаменитых постановщиков Шекспира. В его «Двенадцатой ночи», сделанной вместе с русскими артистами, Писарев играл шута.

Став с нынешнего сезона худруком театра, Евгений Писарев выбрал шекспировскую пьесу, из которой можно сделать, по его словам, не «молодежный», а молодой спектакль, избежать излишней сладости и сантиментов. Шекспировская комедия о любви и правда не лишена грустных нот: в середине действия жанр меняется -- веселая любовная интрига едва не превращается в «Ромео и Джульетту».

Шекспировскую Мессину Писарев переделал в современный европейский город. Художник Зиновий Марголин соорудил на сцене разъезжающиеся белые веранды. В прологе это перрон вокзала, на котором жители приветствуют вернувшихся с войны героев. А после – дом мессинского наместника Леонато (Андрей Заводюк), задающего в честь принца дона Педро (Андрей Соколов) и его храбрых воинов богатые балы, то бишь дискотеки с участием московской Группы W/. Еще на вокзале, когда белые створки впервые расходятся, выпуская нескольких одетых в хаки юношей, девушки принимаются пожирать их взглядами. Красивая злючка Беатриче (Александра Урсуляк) отпускает шпильки по поводу смуглого атлета Бенедикта (Александр Арсентьев), а юный Клавдио (Владимир Жеребцов) загипнотизирован видом дочери Леонато, сладкой куколки Геро (Анна Бегунова).

…и ничего

Имеются все приметы современного спектакля. Играют неплохо, особенно хороша и остроумна Александра Урсуляк и Андрей Заводюк, лучше всех почувствовавший жанровую двойственность пьесы. Вначале он комичен без наигрыша, а после, когда Леонато едва не теряет дочь, по-настоящему трагичен. На этом достоинства спектакля кончаются, поскольку за современным антуражем кроется вполне банальная, старая, как сам театр, цель – качественно развлечь зрителя. Достижению этой цели служат яркие огни, спецэффекты, живая музыка, Клавдио в костюме Бэтмена, Бенедикт в одних трусах и четыре хорошенькие актрисы, принимающие соблазнительные позы. Все это вместе создает в зале ту приятно расслабляющую атмосферу, когда почти после каждой реплики хочется добавить: «А теперь -- дискотека».

Есть в этом спектакле одна запоминающаяся сцена: два убитых горем старика, Леонато и его брат Антонио, встречают на вокзале юнцов Педро и Клавдио, опорочивших ни в чем не повинную Геро (поверив клевете, Клавдио прямо во время венчания назвал ее распутницей) и теперь, с сознанием выполненного долга, собирающихся покинуть город. Седой очкарик Антонио выхватывает нож, а спортивные мальчики растерянно застывают: война – войной, но ходить в рукопашную со стариками их не учили. Зал испуганно притихает, но тут Писарев, тоже как будто чего-то испугавшись, резко снимает напряжение.

Пушкинский часто упрекали в бульварности, от которой разными способами, медленно, но верно уводил его Роман Козак. Сегодня театр возвращается обратно -- туда, где он собственно и расположен, на бульвар.