— Сергей Александрович, о рабочей группе пока было очень мало информации. Расскажите, пожалуйста, о ней, сколько человек там работает?

— Эта рабочая группа… Надо посчитать… 14 человек или 11… Сейчас посмотрю, чтобы сказать точно. (Сверяется с бумагами.) Я хотел от этой цифры уйти, но, оказывается, 13. Только сейчас посчитал. Такого не должно было быть, промашка.

— А сколько ей надо будет работать?

— Я думаю, пару недель. Главная задача — съездить на Кавказ и в Москву и обобщить то, что будет увидено и проговорено. Надо со всех сторон посмотреть.

— Вроде бы за последний год было много информации об Абхазии и Южной Осетии. Что вы там хотите увидеть?

— Мы хотим увидеть, что есть на самом деле сегодня. Насколько успешно развивается одна и вторая республики. Посмотреть, прежде всего, реакцию людей и властей.

— А с грузинскими властями тоже хотите пообщаться?

— Во всяком случае, с парламентариями, мы считаем, что надо бы. Там есть очень разные и течения, и движения.

— Наверное, российское руководство имеет основания быть на вас обиженным. РФ признала независимость республик больше года назад, а Белоруссия только сейчас создала рабочую группу.

— У нас комиссия по международным делам занималась этим вопросом в течение года. Это же не то что только сейчас начали заниматься. И туда выезжаем, просто чтобы подводить итоги. Кроме этого, надо говорить не о том, что было год назад, а то, что сейчас происходит. Мы хотим оценить ситуацию без эмоций, что называется, на холодную голову.

— От чего будет зависеть итоговое решение по признанию независимости республик?

— Как говорил президент, на это решение надо смотреть с точки зрения интересов Республики Беларусь. А интерес всегда один: чтобы это способствовало развитию, а не торможению.

— А что пойдет на пользу Республике Беларусь?

— Это все надо взвешивать, всегда есть и плюсы, и минусы. Если перевесят плюсы, то нужно принимать решение. Если бы это было нужно и были плюсы, решение надо было бы принять давно. А раз не принимали, значит, и не было плюсов. А может, и были, но их не видели, надо же еще уметь увидеть все это.

— У вас есть мнение, надо признавать независимость или нет?

— Я буду, безусловно, ждать оценки рабочей группы, хотя мнение у меня есть. В силу того что я председатель комиссии, я не хотел бы говорить свое мнение.

— Белорусские власти много говорили о том, что Россия и Запад оказывают на них давление в этом вопросе. Вы ощущаете это давление?

— Я лично не ощущаю, хотя я много раз общался с представителями российских друзей, коллег и властей самого высокого уровня. То, что есть заинтересованность, это совсем другое, и это понятно. А давления нет. Со стороны Запада можно косвенно оценивать, но никто ни разу не говорил официально, что если вы это, то будет отрицательное решение по этому. Здесь в любом случае надо просчитывать и понимать, что это решение вначале вызовет отрицательную реакцию, это факт.

— Что будет после того, как рабочая группа пообщается со всеми заинтересованными сторонами?

— После этого будет доклад руководству палаты о видении ситуации. И тогда будет приниматься решение, выносить вопрос о признании на голосование депутатами или нет.

— Как вы думаете, когда будет принято окончательное решение?

— Я думаю, что не найдется такого пророка, во всяком случае, среди депутатов, кто бы сказал конкретно. Я думаю, что это будет в течение этой сессии, но я бы не взял на себя ответственность утверждать это.