В пятницу в Тверском суде Москвы началось рассмотрения иска президента Чечни Рамзана Кадырова к правозащитному центру «Мемориал» и его председателю Олегу Орлову об оскорблении чести и достоинства. Поводом к иску послужили слова Орлова о том, что Кадыров несет ответственность за убийство сотрудницы центра Натальи Эстемировой.
Желающих понаблюдать за судебным разбирательством между Рамзаном Кадыровом и правозащитным обществом «Мемориал» собралось много. В Тверской суд Москвы пришли правозащитники, журналисты и сочувствующие. Судя по представителям прессы, за границей процессом заинтересовались активней, чем в России, — иностранных журналистов (особенно корреспондентов немецких СМИ) пришло заметно больше, чем российских. Все желающие в зал не поместились даже стоя — часть посетителей остались ждать конца заседания на улице, другие стояли под дверью зала заседаний, пытаясь через нее услышать, что происходит на процессе.
Происходило следующие: в начале заседания сторона ответчика представила ходатайства о вызове свидетелей и о приобщении к делу некоторых документов. В частности, были приобщены сообщения различных СМИ, в которых говорилось о том, что Кадыров признавался в убийствах ради блага чеченского народа. Кроме того, защита представила многочисленные доклады центра «Мемориал» о нарушениях прав человека в Чеченской республике.
Представитель истца никаких ходатайств не заявил, свидетелей в суд не вызывал и документов не приобщал. Зато сразу же предложила помириться: адвокат Кадырова Андрей Красненков сообщил, что истец готов отказаться от финансовых претензий, если Орлов официально опровергнет свои слова. Ответчик отказываться от своих слов не захотел и начал их доказывать.
«Я знаю, я уверен»
Поводом для иска стали слова Орлова: «Я знаю, я уверен в том, кто виновен в убийстве Наташи Эстемировой. Мы все этого человека знаем. Зовут его Рамзан Кадыров, это президент Чеченской республики». Орлов заявил, что говорил не о прямой причастности к убийству, а о политической вине Кадырова. Эта вина, по мнению правозащитника, очевидна, и отказываться от своих слов он не собирается. За все, происходящее в Чеченской республике — убийства и нарушения прав — несет ответственность ее президент, считает ответчик. Особенно тяжело приходится правозащитникам. «Дело дошло до того, что с экранов телевидения раздаются слова о том, что правозащитники по сути дела являются пособниками террористов, при этом же утверждается, что пособников террористов и даже тех, что «мысленно их поддерживает», следует уничтожать», — рассказал Орлов.
Орлов напомнил и о том, что Рамзан Кадыров угрожал Эстемировой и оскорблял ее во время их последней встречи 31 марта 2008 года. Гнев Кадырова был вызван незначительным поводом: Наталья Эстемирова принимала участие в документальном фильме «Исламская революция», где заявила, что надевает или не надевает платок в зависимости от того, в какой дом идет. Кадырову такое вольное отношение к исламским традициям не понравилось — он, как рассказывала сама правозащитница, кричал на нее и называл «непорядочной женщиной». По словам Орлова, во время этой же встречи Кадыров якобы сказал Эстемировой: «Да, у меня руки по локоть в крови. И я не стыжусь этого. Я убивал и буду убивать плохих людей. Мы боремся с врагами республики». Правозащитница восприняла тогда эти слова как прямую угрозу и, по совету коллег, временно уехала из Чечни.
Свидетели против Кадырова
В качестве свидетелей в суд пришли правозащитники, знакомые с Эстемировой: сотрудница «Мемориала» Екатерина Сокирянская, замруководителя московского бюро Human Rights Watch Татьяна Локшина, журналист и правозащитник Александр Мнацаканян, председатель Комитета гражданского содействия Светлана Ганнушкина. Все свидетели подтверждали слова Орлова о ситуации в Чечне и об угрозах Кадырова Эстемировой. Александр Мнацаканян рассказал, что после разговора с Кадыровым Эстемирова начала опасаться за свою дочь, потому что президент республики, в частности, сказал ей: «Подумай о дочери!»
Адвокат Кадырова участия в процессе практически не принимал. Только в начале он задал несколько вопросов свидетелям, и то не по существу разбирательства. Так, Екатерину Сокирянскую он спросил, что она знает об убийстве братьев Исмаиловых, а Локшину о том, говорила ли она в интервью немецкой газете, что за убийством Эстемировой стоит Кадыров. Затем Красненков совсем притих — вопросов свидетелям он не задавал, ходатайств и не отклонял. Так, когда сторона ответчика ходатайствовала о приобщении к делу записей новостей чеченского телевидения, судья Татьяна Федосова спросила мнение истца. «На ваше усмотрение, хотите — приобщайте, хотите — нет», — ответил Красненков. «Но если приобщать, ролики надо посмотреть», — возразила судья. «Тогда приобщать не надо», — ответил адвокат. Сюжеты все же посмотрели, но приобщать не стали — шли они на чеченском языке, а перевод, представленный ответчиком, суд не счел надежным.
Во время общения с журналистами адвокат Кадырова выражал свое мнение более активно. «Правозащитники — деструктивные силы Запада», — уверял Красненков. Адвокат заявил прессе, что часть показаний ответчика не соответствует действительности. «У них разногласия в показаниях», — добавил Красненков. В чем именно разногласия адвокат рассказывать отказался, мотивируя это тем, что не собирается раньше времени «раскрывать карты». Делать это он будет, видимо, на следующем заседании, которое состоится через неделю. Тогда же в суд вызваны в качестве свидетелей правозащитник Александр Черкасов и редактор газеты «Кавказский узел» Григорий Шведов.
