источник: ″Питер″
вт
-12
-17
ср
-5
-9
чт
-7
-10
Колин Дуриц взялся разобраться в одной из сложнейших тем христианской истории -- событиях 33 года н. э. Вместо исторического анализа получился пересказ Евангелия.
На своем сайте Колин Дуриц представляется как писатель, редактор и журналист. Он автор множества книг, повествующих о Дж.-Р. Толкине, К.-С. Льюисе, литературном кружке «Инклингов», Дж. Роулинг и… истории в популярном изложении. Странное сочетание – фэнтези и история, не правда ли? Заставляет сразу насторожиться. Даже если предположить, что Дуриц исследовал творчество знаменитых английских писателей как филолог, при чем здесь история? Конечно, вполне возможно, писателя заинтересовали библейские сюжеты после досконального исследования творчества знаменитого создателя «Хроник Нарнии», где христианские мотивы видны даже невооруженным взглядом. Ну что же, попытаемся разобраться, получилось ли у Дурица стать историком.
В самом названии вышедшей в издательстве «Питер» книги Дурица «Год, который изменил мир. Год смерти Христа» (издана в Англии в 2006 году и переведена у нас в 2010 году) заложена вера автора в существование Христа как исторического персонажа и в его мученическую смерть на кресте. Главными персонажами у писателя стали Иисус Христос, погибший, по мнению автора, в 33 году, император Тиберий, государственный деятель Сеян, прокуратор Понтий Пилат и апостолы, ученики Христа. Источниками Дурицу послужили Евангелие, труды Тацита, Светония, Диона Кассия и некоторых других древних писателей. Однако почти все описания последних дней жизни Христа он берет из Евангелия, безоговорочно доверяя ему как историческому источнику и сомневаясь, что оно подвергалось позднейшей христианской обработке.
Конечно, Дуриц не ограничивается описанием только 33 года н. э. Это и невозможно сделать в рамках истории, где каждое событие имеет свои причины и следствия. Но, к сожалению, писателю не удалось логично связать отдельные главы своего произведения. Лишь тоненькая, еле различимая ниточка соединяет основную часть книги, повествующую о событиях в Иерусалиме и Римской империи, с главами 8-10, где описываются история, верования и культура других частей света – западных провинций Римской империи, Азии и Америки. В рамках Большой истории ясно, что в будущем, когда христианство так или иначе проникнет во все уголки мира, события 33 года (если вслед за Дурицем принять именно такую датировку) повлияют и на жизнь в Западной Европе, Азии и Америке. Но в рамках поставленной автором задачи (рассказать о событиях, изменивших мир с точки зрения христианства) правление династии Хань в Китае, расцвет культуры Наска в Америке или обычай кельтов отрезать головы побежденным врагам кажутся абсолютно лишними и просто выпадают из общей линии повествования. Притом перечисленные главы выглядят нагромождением совершенно разных по своему значению фактов, то ли просто заинтересовавших автора, то ли первыми попавшихся ему на глаза.
Дуриц позволяет себе многочисленные художественные «зарисовки», например: «Марфа встает и идет к ученикам. Когда она может разглядеть лицо Иисуса, она видит, оно мрачно, хотя он и кивает в знак приветствия. Она знает, что он всегда рад видеть ее, Марию и Лазаря и всегда останавливался у них или где-то рядом, когда приходил в Иерусалим по праздникам или по делам». Сам по себе литературный прием художественных описаний позволяют себе и куда более серьезные историки, классики современной науки. Поэтому все было бы хорошо, если бы Дуриц не продолжал использовать его и при изложении всех остальных фактов. Он рассказывает о том, что подумал или почувствовал тот или иной исторический персонаж, пытается понять их психологию и эмоциональную мотивацию действий. Очень скользкий метод, тем более опасный при изучении древней истории, сведений о которой у нас гораздо меньше, чем о том же XX веке.
Один из самых острых вопросов, который волнует историков и атеистов, -- а совершали ли Христос и его последователи чудеса? Напрасно вы будете искать ответ или, хотя бы, предположения по этому поводу в этой книге. По Дурицу просто выходит, что чудеса были. И воскрешение Лазаря, и исцеление калек, и вознесения на небеса после распятия самого Мессии. Острые и спорные моменты писатель не просто не обходит -- он их как будто не замечает, хотя и делает мужественные, но какие-то вялые попытки привести разные мнения (насчет некоторых событий и источников) других историков, трудами которых он пользовался при написании своей книги.
| Гастроли озолотили U2, а LMFAO зажгли зрителей |
| ″Выбор народа″ зажигает звезды |
| В бразильском метро появились Зорро и ковбои |
| Виктория Макарская ради детей заставила танцевать Николая Валуева и хор МВД |
| Рэйчел Макадамс и Ченнинг Татум представили новую ″лав-стори″ ″Клятва″ |
Встречаются в книге и моменты, которые своей наивностью вызывают улыбку. Хотя, может, здесь виноват переводчик, а не автор. Например, рассказывая о воскрешении Христа, он пишет: «В то утро вообще было много беготни из-за необыкновенных событий, которые вряд ли можно было просто придумать». А постоянные упоминания о замысле первосвященников «устранить» Христа смотрятся как анахронизм.
По сути дела, книга представляет собой краткий художественный пересказ Евангелия и других источников и упоминание теорий некоторых историков. Интерес вызывают разве что короткие пассажи, связанные с обыденной жизнью того времени: что именно люди ели, как отмечали праздники, какие способы казни (в том числе распятия) существовали. Прочитать эту книгу стоит, может, лишь тем, кто совсем не знаком с библейской историей. Никаких новых теорий Дуриц, затронувший столь сложную тему, по которой написано огромное количество самых разных трудов, не выдвигает.
| Плохие воспоминания - в урну |
| «Артисту» покорилась очередная премия, а Лиам Нисон одолел волков и оборотней |
| Стив Джобс жив в комиксах |
Давайте дружить