Одно дело - изучение культуры религии, другое - катехизация в школе

Марианна Михайловна, вы курируете разработку учебников по курсу «Основы религиозных культур и светской этики»…

Я – всего лишь координатор рабочей группы по написанию учебных пособий.

Но, насколько понимаю, для вас было неожиданностью то, что вы вошли в комиссию по созданию этого курса. Вы ведь не были сторонником идеи его введения в школе вообще?

Я склонялась к тому мнению, что курс по истории и культуре мировых религий наиболее удачен для рассказа о религиях в светской школе, и никогда этого не скрывала, и такой курс есть среди шести модулей нового предмета «Основы религиозных культур и светской этики». Для реализации поручения президента и соответствующего постановления правительства по введению этого экспериментального курса Министерством образования и науки была создана специальная межведомственная комиссия. В нее вошли представители конфессий, Академии наук, Академии образования, педагогических учреждений. Эта комиссия сформировала группу разработчиков учебных пособий. На заседании комиссии решался и вопрос о том, кого назначить координатором группы. Я при этом не присутствовала, так как не входила тогда ни в группу разработчиков, ни в комиссию. Позже мне сказали, что из нескольких кандидатур коллегиально была выбрана моя.

До начала эксперимента остается всего ничего. Он стартует уже в апреле в 19 регионах. Что с учебными пособиями?

Перед группой авторов была поставлена задача ― разработать шесть пособий для детей (по основам православной, исламской, иудейской и буддистской культур, основам мировых религиозных культур и светской этике), брошюру для родителей, объясняющую смысл курса, и книгу для учителей. Брошюра для родителей написана. Книга для учителя тоже. Хотя в той форме, в которой книга для учителей существует сейчас – это скорее не методическое пособие, содержащее дидактические материалы, а справочник по религиям, написанный с разных позиций, неоднородный. Но это не главное сейчас...

Главное -- учебники для детей? На каком этапе работа над ними?

На сегодняшний день в издательство сданы тексты всех шести учебников и над ними идет редакционная работа.

Однако, судя по всему, процесс идет не так просто. Давайте тогда все-таки вернемся к началу. Кто выбирал авторов учебников?

Авторов на первые четыре модуля – основы православной, иудейской, мусульманской и буддистской культур – выдвигали конфессии. Это не министерство решало. В рабочей группе, если посмотрите на список, есть представители от двух православных церквей, двух мусульманских общин и так далее. В составе рабочей группы доктор педагогических работ Людмила Леонидовна Шевченко и кандидат исторических наук Алексей Владимирович Муравьев, они работали над первым модулем – по основам православной культуры.

Изначально на заседаниях рабочей группе путем довольно длительных и сложных переговоров были выработаны определенные общие принципы написания учебных пособий, разработана примерная структура курса в целом. Предполагалось, что во всех учебниках будут одинаковые вводные тексты, которые расскажут о многонациональном характере российской культуры, о единстве многоконфессионального народа России. Планировалось, что на пяти последних уроках курса в четвертом и пятом классах ученики будут собираться все вместе, на эти занятия будут приходить родители, дети будут рассказывать друг другу, что узнали нового, рассказывать о своих семейных традициях, слушать о традициях других, совместно выполнять творческие проекты, то есть в классе должно быть обязательно стремление к диалогу, к взаимодействию, к согласию.

То есть все шло спокойно и, в частности, учебник по ОПК успешно писали Шевченко и Муравьев... Тем не менее, в конце года патриарх Кирилл признал единственным от РПЦ другое учебное пособие - написанное Андреем Кураевым. Это было сюрпризом для вас? Вся стройная система сломалась?

Нельзя сказать, что система сломана, работа идет, и она не прекращалась. Но представление в министерство в самом конце года учебника Кураева, появление его в январе в составе рабочей группы и предшествующее этому обсуждение в интернете (в блоге Кураева. -- Infox.ru) всего того, что делается министерством, другими авторами, издательством, причем довольно сомнительное с нравственной точки зрения обсуждение… Это все, мягко говоря, странно.

Марианна Михайловна, я читала учебник Кураева, и мне он показался достаточно интересным. Единственное, для себя я решила, что по этому учебнику ребенку стоит заниматься, если родители горят желанием привести его в лоно церкви.

То, что было предоставлено мне для прочтения ― это, безусловно, интересный учебник, но ― для воскресной школы или для факультативного курса по введению в православие. Однако, с моей точки зрения, это никак не учебное пособие для обязательного курса (пусть и по выбору одного из шести модулей) в муниципальной школе в светском государстве.

По другим конфессиональным модулям те же проблемы?

В принципе все представленные рукописи по так называемым «конфессиональным модулям» в большей или меньшей степени отражают стремление авторов обучать религии. Но учебники по основам буддистской, исламской и иудейской культур могут быть отредактированы с позиций культурологического подхода. Потому что они основываются на информирующем принципе изложения, пользуются описательной методикой и не нацеливают на ритуальную практику. А православный модуль имеет ярко выраженное стремление обучить религии. Там и приемы изложения проповеднические.

Например, в учебнике Кураева есть раздел, посвященный молитве, где анализируется молитва «Отче наш». То есть в течение 45 минут ребенок изучает молитву «Отче наш». Вопрос: зачем? Для того чтобы познакомиться? Или выучить наизусть? Ну, хорошо. Можно сказать, что невозможно знать православную культуру без молитвы «Отче наш». Но даже если вы уберете эту молитву, все равно общий дух этого учебника – миссионерский.

Мы стремились, чтобы учебники соответствовали задаче преподавания знаний о религии, а не преподавания религии. Европейцы, в тех странах, где нет отделения церкви от государства, где религиозное образование существует в муниципальных школах, -- даже они совершенно четко разделяют: обучение религии (или религиозное образование) и информирующее обучение о религии. Пока мы заклинаем и говорим, что это – культурологический учебник, от наших заклинаний он культурологическим не станет. Сейчас это -- обучение религии.

С учебником по основам светской этики ситуация, похоже, еще сложнее? Вадим Перов отказался продолжить работу над ним.

Сейчас текст учебника есть. Но надо признать, многие специалисты отказывались писать учебник по этому модулю. По разным соображением. Одни считали невозможным для себя участвовать в таком проекте, так как для школы никогда не писали, другие – что сроки слишком маленькие, третьи вообще говорили, что ничего не получится, что весь проект противоречит закону об образовании и Конституции, что это – введение религии в школу, а светская этика – фиговый листок, и что они не хотя в этом участвовать. Разные были суждения.

Но проще всего сказать: это ужасно, мы в этом участвовать не будем. Но если ты – специалист, если ты полагаешь, что что-то может быть сделано неправильно и тебе дают возможность сделать по-другому, так приди и сделай, помоги, если ты считаешь, что есть риски, их минимизировать. В конце концов, ради собственных детей или внуков.

Конечно, это действительно очень сложно. Речь идет о маленьких детях. В Европе светскую этику преподают в старших классах. А у нас выбран тот возраст, когда ребенок воспринимает еще все некритически и вести с ним разговор о мировоззренческих проблемах очень сложно.

А, кстати, кто выбрал этот возраст? После июльского решения президента мы говорили с несколькими представителями конфессий – в частности, с ректором Московского исламского университета Маратом Муртазиным и председателем Конгресса еврейских религиозных общин и организаций России Зиновием Коганом – и они высказывались в том духе, что неверно делить детей в классе по конфессиональным модулям, тем более детей маленьких – 4-5-й класс. У протодиакона Андрея Кураева, несмотря на некоторый скептицизм в отношении сроков подготовки курса, эти детали особых вопросов не вызвали.

Возраст выбирала точно не рабочая группа и, насколько я знаю, и не министерство.

Хорошо. То есть трудности есть, но все же вы настроены оптимистично. Успеете до начала эксперимента?

Несмотря на все трудности, учебник «Основы светской этики» написан, так же как и все остальные учебники. Вадим Юрьевич Перов рукопись в издательство сдал.

И разговоры о том, что проект провалился – это ерунда. Проект не провалился, и мы ему не дадим провалиться. Это поручение президента.

Очень большая ответственность сейчас легла на редакторов издательства «Просвещение». Это очень высококвалифицированные специалисты своего дела, они редактируют тексты, им помогают эксперты, надеюсь, что учебники получатся неплохие. А критиковать будут всегда, и слева, и справа, и в общем, все к этому готовы.

Еще есть одна надежда. Это все-таки экспериментальный курс. Мы надеемся, что в течение двух лет эксперимента нам удастся скорректировать что-то. И, кроме того, в рамках эксперимента издается, как правило, по одному учебнику на модуль. Но надо писать еще учебники по всем модулям, чтобы они были разные, чтобы можно было выбирать.

Наконец, все сейчас зависит от родителей. Можно не пойти на муниципальные и думские выборы. Можно даже не пойти на выборы президента. Но выбрать курс, на который пойдет твой ребенок, придется. И когда выбираешь, руководствуйся не тем, что говорит учитель, директор школы, соседка, а думай сам, кто будет воспитывать твоего ребенка, и что ты хочешь, чтобы твой ребенок знал. Потому что одно дело – знание, а другое – духовно-нравственное воспитание. Одно дело, если учитель рассказывает о культуре и истории, а другое, когда занимается катехизацией под видом культурологического курса.

Это, я знаю, беспокоит очень многих, и прежде всего, верующих родителей. И совершенно справедливо беспокоит. И опасность такая может возникнуть, не потому, что в школах работают «невежественные Марьи Ивановны» – у нас на самом деле весьма образованные учителя, а потому, что все будет зависеть от того, какие перед ними будут поставлены задачи.