Это нас Китай кинул. нефть за 57 $. Кремле глава КНР Ху Цзиньтао и президент Дмитрий Медведев подписали совершенно эпохальное соглашение. Они подписали контракт на двадцать лет на поставку Россией Китаю 300 млн тонн нефти общей ценой 100 млрд. дол. Учитывая, что в тонне нефти 5,7 баррелей, это означает, что Россия в течение двадцати лет будет поставлять Китаю нефть по цене 57 дол. за баррель. Это означает, что Россия отныне - сырьевой придаток Китая.

Президент Медведев справедливо назвал этот контракт сделкой века, а также выдвинул предложение отменить доллар как мировую валюту. В ответ Ху Цзиньтао сердечно поблагодарил Россию за помощь во время ликвидации последствий землетрясения в Сычуани. Насчет доллара глава КНР промолчал, тем более что контракт китайцы предусмотрительно деноминировали в долларах.

57 долларов за баррель - это та цена, которую первый вице-премьер Игорь Сечин публично объявил "справедливой". Теперь мы знаем, что такое справедливая цена - это цена, по которой Россия продает нефть Китаю.

Для того, чтобы продавать эту нефть, надо построить нефтепровод в Китай - ВСТО. Нефтепровод до Дацина, который хотел строить ЮКОС, стоил по плану около 4 млрд. дол. Заявленная в марте 2008-го года общая стоимость ВСТО - 29 млрд. дол. При таком положении дел транспортировка нефти по этому нефтепроводу будет окупаться при цене нефти свыше 80 дол. за баррель. Мы подписали по 57.

Когда государство продает что-то себе в убыток, это не является ни случайностью, ни геополитикой. Это является совершенно другим, конкретным поступком, за который, кстати, в Китае дают "вышку".

Если Кремль планирует впечатлить Запад контрактом, по которому мы будем нести несколько миллиардов долларов убытков в год, то Запад, конечно, будет впечатлен. Но не совсем в том смысле, на который надеялись в Кремле.

Если Кремль считает, что некоторых нефтетрейдеров, через которых государство продает нефть, могут на Западе взять за задницу, поэтому удобней решать такие вопросы с китайцами - это верно только до поры до времени.

Если что и можно сказать после этого контракта это то, что потеря Дальнего Востока стала неизбежной. Просто потому, что с левой стороны Амура стоит скособочившийся Благовещенск, а напротив него растут небоскребы Хэйхэ. Просто потому, что Кремль добивает Дальний Восток, запрещая то экспорт леса-кругляка, то импорт иномарок, а Китай считает, что обогащение бизнесменов есть национальная задача. Совершенно не исключен в обозримом будущем серьезнейший конфликт с Китаем когда Кремль, сообразив, что он надел на себя нефтегазовую удавку, начнет, по обыкновению, плеваться, лягаться и устраивать "газовые" или "молочные" войны, тем самым только глубже затягивая удавку на шее.

Нетрудно заметить, что стратегия Кремля по отношению к Китаю полностью повторяет то, что делал бывший глава ЮКОСа Михаил Ходорковский. С одной только разницей.

Если вы строите нефтепровод за 4 млрд. дол, осваиваете месторождения и продаете нефть по рыночной цене

В Кремле глава КНР Ху Цзиньтао и формальный главарь Кремля Дмитрий Медведев подписали соглашение, которое некоторые российские комментаторы назвали «совершенно эпохальным».



Они подписали контракт на 20 лет на поставку Россией Китаю 300 млн тонн нефти общей ценой 100 млрд. дол.



Учитывая, что в тонне нефти 5,7 баррелей, это означает, что Россия в течение 20 лет будет поставлять Китаю нефть по цене 57 дол. за баррель. Это означает, что Россия отныне — сырьевой придаток Китая, пишет в этой связи «Ежедневный журнал».



Медведев назвал этот контракт «сделкой века», а также выдвинул предложение отменить доллар как мировую валюту. В ответ Ху Цзиньтао сердечно поблагодарил Россию за помощь во время ликвидации последствий землетрясения в Сычуани.



Насчет доллара глава КНР промолчал, тем более что контракт китайцы предусмотрительно деноминировали в долларах, ехидно замечает издание, не без злорадство напомнив, что «57 долларов за баррель — это та цена, которую первый вице-премьер Игорь Сечин публично объявил «справедливой». Теперь мы знаем, что такое справедливая цена — это цена, по которой Россия продает нефть Китаю».



Далее издание напоминает —



«Для того, чтобы продавать эту нефть, надо построить нефтепровод в Китай — ВСТО. Нефтепровод до Дацина, который хотел строить ЮКОС, стоил по плану около 4 млрд. дол. Заявленная в марте 2008-го года общая стоимость ВСТО — 29 млрд. дол. При таком положении дел транспортировка нефти по этому нефтепроводу будет окупаться при цене нефти свыше 80 дол. за баррель. Мы подписали по 57.



Когда государство продает что-то себе в убыток, это не является ни случайностью, ни геополитикой. Это является совершенно другим, конкретным поступком, за который, кстати, в Китае дают «вышку».



Если Кремль планирует впечатлить Запад контрактом, по которому мы будем нести несколько миллиардов долларов убытков в год, то Запад, конечно, будет впечатлен. Но не совсем в том смысле, на который надеялись в Кремле.



Если Кремль считает, что некоторых нефтетрейдеров, через которых государство продает нефть, могут на Западе взять за задницу, поэтому удобней решать такие вопросы с китайцами — это верно только до поры до времени.



Если что и можно сказать после этого контракта — это то, что потеря Дальнего Востока стала неизбежной. Просто потому, что с левой стороны Амура стоит скособочившийся Благовещенск, а напротив него — растут небоскребы Хэйхэ.



Просто потому, что Кремль добивает Дальний Восток, запрещая то экспорт леса-кругляка, то импорт иномарок, а Китай считает, что обогащение бизнесменов есть национальная задача.



Совершенно не исключен в обозримом будущем серьезнейший конфликт с Китаем — когда Кремль, сообразив, что он надел на себя нефтегазовую удавку, начнет, по обыкновению, плеваться, лягаться и устраивать «газовые» или «молочные» войны, тем самым только глубже затягивая удавку на шее.



Нетрудно заметить, что стратегия Кремля по отношению к Китаю полностью повторяет то, чт

это пустые слова. китай подписал выгодный якобы для росии контракт на поставку нефти в долларах а не рублях :) дураков даже в Китае нет - есть политические игры. Россия мечтает свалить доллар чтобы было легче расплачиваться по огромным кредитам Запада изза которых рухнула экономика.