00:04
Москва
26 августа ‘19, Понедельник

В «Диком поле» смерти нет

Опубликовано
Текст:
Понравилось?
Поделитесь с друзьями!

Лучший фильм прошлого года по версии премии «Золотой орел» вышел в московский прокат. В «Диком поле» режиссера Михаила Калатозишвили бродят бессмертные люди с космосом в голове.

Где-то посреди степи стоит полуразвалившаяся больница, в которой живет молодой доктор Дмитрий Васильевич. Местный диковатый и лихой народец ездит к нему лечиться. То мужика запойного привезут, который пил 40 дней, а теперь помирает. То корову, сожравшую скатерть, тащат. То парня ревнивого доставят, стрелявшего в свою подругу, а потом в себя. Из района коллега заглянул, чтобы на жизнь пожаловаться и о Боге поговорить. Приезжает возлюбленная, чтобы сказать, что выходит замуж и уезжает навсегда.

Люди появляются из степи и растворяются в ней -- из ниоткуда в никуда. Доктор задумчиво смотрит вдаль. Вдали на холме кто-то стоит и смотрит на доктора, иногда машет руками. Дмитрий Васильевич считает, что это его ангел-хранитель.

Эпический масштаб

Сценарий Петра Луцика и Алексея Саморядова написан давно, еще в начале 1990-х, и в нем были какие-то приметы времени -- разговоры о распаде страны, всеобщем развале и разгуле. И эти разговоры, сохраненные режиссером Михаилом Калатозишвили, только поначалу кажутся анахроничными. Очень скоро становится ясно, что кино это не про вчера, не про сейчас и не про завтра. Оно про «всегда» и измеряется не историческим, а эпическим масштабом -- обычное в общем-то дело для сюжетов, сочиненных Луциком и Саморядовым.

Фрагмент сценария «Дикое поле»В кошаре рвануло тяжело, из окна пошел серый дым.

Натуру снимали в Казахстане, недалеко от китайской границы. Но казахский колорит и вообще географическая привязка не особенно важны. По сути дела, это просто некое место где-то между небом и землей, вне времени, в условном пространстве. Здесь можно жить хоть тысячу лет, если захочешь, говорит Дмитрий Васильевич. И если говорит по-чапаевски лихой милиционер про сук, которые сидят в районе, области, в Кремле и не дают патронов, то не про конкретных сук речь, а про то, что в нашей национальной мифологии так было и будет всегда.

Обретение бессмертия

Обитатели этого странного мира между мирами, одновременно сказочно абстрактного и очень русского, оставленные и забытые, мечутся по степи. Они то куда-то скачут, то стреляют, пьют, дерутся, умирают и воскресают, чувствуя себя при этом совсем неплохо. Луцик с Саморядовым, а вслед за ними и Калатозишвили показывают не рай, не ад и не чистилище. Никого здесь не судят и не карают. Разве что пришлых могут прихлопнуть. Это сказочная степь, в которой можно найти «покой и волю», а можно при желании устроить и войну, если душа просит.

Награды фильма «Дикое поле»«Золотой орел» за лучший фильм 2008 года, лучший сценарий (Петр Луцик, Алексей Саморядов), лучшую музыку (Алексей Айги). Премия кинокритиков и кинопрессы «Белый слон»: лучший фильм, лучший сценарий, лучшая мужская роль (Олег Долин), лучшая мужская роль второго плана (Роман Мадянов).

Слиться с этим степным бытием получается не сразу. И какое-то время Дмитрий Васильевич выглядит странным чужаком, который только диву дается, когда, скажем, видит, как получивший удар молнией пастух оживает, пролежав ночь закопанным по шею в земле. Но он быстро учится: лечит запой раскаленной кочергой, вынимает пули руками, верит в своего ангела и наконец становится частью этой вечной русской небывальщины, когда получает удар скальпелем в живот. Но он уже перешел некую границу страданий и рефлексии, в голове теперь у него космос, и смерти больше нет.

Читайте нас в Дзене

Добавьте ленту «INFOX.ru» в свою личную и получайте актуальные новости ежедневно

Подписаться
Реклама

Мы рекомендуем
25.08.2019, 23:33
Борьба с протестующими в Гонконге постепенно радикализируется. Впервые за три месяца протестов местной полицией было применено огнестрельное оружие.
25.08.2019, 21:41
Во французский Биарриц, где проходит саммит G7, экстренно прибыл глава МИД Ирана Джавад Зариф. Иран надеется, что другие страны убедят США снять удушающие страну санкции. Но, судя по всему, эта надежда безнадежна.
Реклама