«В Сочи опасные природные процессы не прекратятся с вводом объектов в эксплуатацию»

Об особенностях природных условий района Сочи и трудностях, с которыми пришлось столкнуться при строительстве многих олимпийских объектов, о необходимости проведения мониторинга в районе этих объектов, корреспонденту Infox.ru рассказал руководитель Института экологического проектирования и изысканий Владимир Слободян.

-Владимир, расскажите, какова специфика строительных работ в Сочи, ведь многие говорят о том, что условия там сложные?

Сочи, действительно, район для строительства сложный. Прежде всего, нужно отметить, что, согласно картам общего сейсмического районирования (ОСР) России он относится к зоне возможных 8-9 бальных землетрясений. На некоторых горных участках, где склоны сложены мощным чехлом рыхлых отложений, в соответствии с сейсмическим микрорайонированием (СМР), к 9-бальной сейсмике может быть добавлен еще 1 балл.

Еще одна трудность связана с тем, что например, в районе Красной поляны склоны, сложенные рыхлыми отложениями, являются неустойчивыми вне зависимости от сейсмики. Дело в том, что при выпадении осадков грунты, которые представлены комплексом суглинков, супесей, песков с примесью дресвы и гальки, быстро насыщаются влагой и становятся потенциально оползнеопасными. От катастрофических процессов склоны защищает, в том числе и растительность. Но в процессе строительства происходит дестабилизация склонов, как вследствие выемки грунта и изменения гидрогеологического режима, так и вследствие расчистки участков от древесно-кустарниковой растительности. Все это приходилось учитывать при проектировании и строительстве объектов в горном кластере. Все проектные решения по конструкциям и фундаментам зданий и сооружений принимались по результатам расчетов устойчивости склонов. И учитывая геотехническую сложность объекта, проекты многих объектов оказались уникальными не только для российского, но и для мирового опыта.

-Что касается береговой зоны, то там, какие сложности возникают?

Строительство в Сочи ведется на неоднородной территории. В природном плане там можно выделить три кластера – горный, береговой и кластер речных долин. И для каждого характерны свои проблемы и свои риски. Есть горный кластер, где существуют проблемы, связанные с сейсмикой и неустойчивостью склонов, о которых я уже говорил. Объекты в береговой зоне – автомобильные и  железные дороги между Джубгой и Адлером  – это одни проблемы. Например, на участке между Туапсе и Лазаревским идет активное развитие абразионных процессов (разрушение берега морскими волнами), которые обусловлены с одной стороны антропогенным воздействием (строительные работы, изменившие баланс наносов в береговой зоне), с другой стороны природной составляющей – открытость берега волнениям высокой интенсивности, невыработанный профиль подводного склона, литология пород. Учет этих геологических рисков при строительстве и геотехнический мониторинг объектов уже в ходе эксплуатации объектов прибрежной инфраструктуры, мы надеемся, позволят в будущем избежать негативных последствий.

Что касается речных долин, то здесь важным фактором является паводковый режим рек в районе Сочи. То есть высокие уровни воды (наводнения) могут быть привязаны не только к периоду снеготаяния в горах, но и к периодическому выпадению обильных дождей как в осенний, так и в зимний период. При этом локальность и интенсивность таких выпадений может приводить к катастрофическим последствиям в короткие периоды времени – на отдельных участках долин даже не затрагивая весь регион. Своего рода «предолимпийская репетиция» подобного явления произошла этой осенью в районе Адлера и осталась почти незамеченной СМИ. Напомню, что тогда в результате обильных осадков резко повысился уровень малых рек в районе Адлера, что практически парализовало движение на этом участке. Если подобное повторится в период Олимпийских и Параолимпийских игр – горный кластер будет практически отрезан от Имеретинской долины, а она в свою очередь – от основных объектов инфраструктуры Сочи, в том числе железнодорожного вокзала и аэропорта.

-А какие-то защитные сооружения там существуют?  

Надо понимать, что специальные защитные мероприятия по речным долинам касались в основном, крупных водотоков и рек типа Мзымты, а все малые водотоки и ручьи, стекающие с гор просто невозможно охватить гидротехническими сооружениями. Поэтому на таких участках необходимо развитие сети мониторинга гидрологических процессов и проведение подробного изучения всех находящихся в районе Сочи долин малых водотоков. Только тогда можно будет оперативно реагировать на события, подобные тем, что произошли этой осенью.

-Геотехнический  мониторинг проводился на всех объектах, которые строились в Сочи?  

На тех объектах, которые строились госкомпаниями и крупным российским бизнесом, проведение такого мониторинга было обязательным требованием. И его проводил, в том числе и наш институт. Но в Сочи возводится много частных объектов – идет массовое строительство ресторанов, гостиниц, жилых домов. Есть подозрения, что в этом случае учет геотехнических условий и мониторинг сводились к чисто формальному соблюдению требований действующего законодательства.

В то же время, застройщики должны помнить, что опасные природные процессы не прекращаются с вводом объекта в эксплуатацию, а могут сказываться и будут сказываться в дальнейшем. И ошибки на этапе проектирования и строительства обычно приводят к значительным ущербам уже в процессе эксплуатации.

Кроме того, учет геотехнических условий (в том числе –  мониторинг) должен сводится не только к влиянию геологической или гидрологической обстановки на участок строительства. Нужно оценивать и влияние строящихся и существующих сооружений друг на друга.

Хочется надеется, что такой мониторинг все-таки будет налажен и будет касаться не только олимпийских объектов, но всех построенных в 2008-2014 гг зданий и сооружений в Большом Сочи.

-Почему за этими объектами важно наблюдать и после строительства?   

Строительство велось в достаточно короткие сроки. Обычно в таких условиях инженерные изыскания, проектирование, инженерная подготовка территории проходят параллельно, хотя должны идти последовательно друг за другом. То есть проектные решения принимаются еще тогда, когда инженерные изыскания не завершены, а уже идет строительство котлована. В принципе, и в таких условиях можно работать, но это требует четкой координации всех – изыскателей, строителей, проектировщиков, экспертов. Мониторинг в этом случае – дополнительная страховка от ошибок проектирования.

Еще один важный момент. Хотя район Сочи и является давно освоенным регионом, изученность его в плане природных условий оставляет желать лучшего. И здесь проведение регулярного мониторинга – и геотехнического, и экологического – позволяет компенсировать имеющийся недостаток фондовых данных.

-Перед саммитом АТЭС во Владивостоке масштабное строительство велось также  быстрыми темпами. И там впоследствии обнаружилось много недочетов. Можно ли здесь провести аналогию с Сочи?

Зимние Олимпийские игры в Сочи и саммит АТЭС во Владивостоке – события совершенно разного порядка. Да, во Владивостоке тоже было масштабное строительство объектов инфраструктуры (дорог, мостов и т.п.), но оно несопоставимо с тем, что сделано в Сочи, где в инженерном плане облик города был изменен полностью.

Собственно и контроль строительства в Сочи был поставлен на совершенно иной уровень. Помимо инспекций руководителей МОК и первых лиц государства, это были многочисленные ведомственные комиссии и контроль со стороны инвесторов (госкомпаний и крупного российского бизнеса).  Так что, учитывая такое повышенное внимание, есть надежда, что строители и проектировщики на сочинских объектах действовали более добросовестно.