Нельзя оцифровывать беспорядок

Почему нельзя всех участников медицинской отрасли быстро объединить в единую информационную систему и когда в России можно будет получить медицинскую помощь не ниже уровня хорошей израильской клиники выясняла Наталья Самойлова у первого заместителя генерального директора Фонда Международного медицинского кластера Ильдара Хайруллина.

Всем хочется быть причастными к рынку цифровизации медицины. Это бурнорастущий сегмент, но! Рынка нет. Равно как и венчурного капитала в этой отрасли нет и в ближайшем будущем не будет. Однако модернизация существующей неповоротливой системы здравоохранения необходима. В противном случае нас ждут не просто ошибочно отрезанные ноги, а вещи пострашнее. Как это сделать, стартовав здесь и сейчас?

Согласен с вами, система здравоохранения требует модернизации. И это невозможно обеспечить без понимания внутренних процессов. К нам часто приходят программисты и рассказывают, как мы должны работать, чтобы все взлетело, не зная ничего о внутренних наших процедурах. Но и это не самое страшное. По сути проблема в нас самих. В концепции цифровизации медицины есть пункт о необходимости разработки софта на основании процессных карт, которые есть в медицинских организациях. Если наберется один процент клиник в России, где прописаны все процессы, — это будет здорово! На самом деле, таких медицинских учреждений единицы. А процессов тысячи. Нельзя оцифровывать беспорядок, это ухудшит ситуацию в разы. Как учат в бизнес-школах, информатизация — это катализатор, катализатор порядка, либо — беспорядка. Информатизировать беспорядок нельзя. Мы получим хаос. В степени относительно предыдущей стадии беспорядка.

То есть мячик на вашей стороне? И сколько это может занять времени?

Чтобы управленцы здравоохранения совместно с сотрудниками сделали продукт: описали алгоритмы, оформили регламенты и согласовали все внутрибольничные процессы между собой, потребуется больше, чем много усилий. Основная проблема в вовлеченности персонала в разработку этих процессных карт, и дальнейшем их соблюдении. Если мы говорим о небольшой клинике, на процесс информатизации, разработку и согласование регламентов уйдет год. Чем крупнее клиника, тем больше потребуется времени.

Кто должен отвечать за отраслевые стандарты и их выполнение? 

Вопрос должен решаться на уровне региона — это может быть министерство либо департамент здравоохранения, а может и центральная районная больница . Не забывайте, что пока пациент находится в рамках медицинской организации — более-менее понятно, кто за него отвечает. Но как только его выписали и дали рекомендации по дальнейшему лечению —на этом этапе он теряется. Его нет в единой базе данных, поэтому при поступлении в новое медучреждение все повторяется. И драгоценное время тратится зря. Время и средства.

Единой системы, единой сети информационной нет, даже нормального обмена данными между учреждениями нет. В Татарстане мы отчасти реализовали этот проект в рамках онкокластера: у нас врач первичного онкологического кабинета мог записать пациента в онкодиспансер, в поликлинику на приём. И мы этого пациента ждали. То есть пациент не терялся между разными организациями.

Стандарты и единая платформа

Но каждый действует на местах исходя из каких-то своих соображений и ресурсов. Как это может работать как единая система на федеральном уровне?

Сразу оцифровать все процессы, всю отрасль, весь регион с точки зрения здравоохранения невозможно. Необходимо выстроить какие-то потоки, отдельные профили. Онкологический, например, кардиологический, неврологический, дерматологический, эндокринологический. И в итоге должна быть единая платформа, в которой хранится вся информация.

Опять монополист? Кто-то огромный и неповоротливый, где бюрократия — это и есть экосистема?

Нет конечно, но все игроки должны говорить на одном языке. Это как единый для страны русский язык. 33 буквы! Алфавит, он должен быть у всех один и тот же. Базовые правила должны быть едины для всех, иначе никто ни с кем не сможет интегрироваться. Тогда смысл в этой цифровизации?

Про медкластер

В международном медицинском кластере все изначально сделано правильно?

Там мы хотим создать информационную платформу для анализа деятельности участников. Сравнивать эти показатели с российскими показателями, с лучшими клиниками, с общеотраслевыми показателями и так далее. И дальше, их формализовав, передавать в отрасль и говорить: «Ребята, вот у них так, они лучше нас в этом, давайте присмотримся к их опыту ».

А зачем им делиться с нами опытом? Это же их ценность, за это им и платят?

По данным BCG, ежегодный официальный поток медицинских туристов из России составляет двести тысяч человек в год. Это только официальные цифры. А по сути их гораздо больше. Просто не все регистрируются. Или не все говорят. Они выезжают в известные клиники. Они едут в Израиль, они едут в Германию, во Францию, в Южную Корею... Мы предоставляем этим людям возможность решить свои задачи, оставаясь в России. Стоит также учитывать категорию «невыездных» пациентов, которые тоже сюда могут обратиться.

То есть тривиальный супермаркет медицинских услуг?

Ну нет! Есть идея создать экосистему, в который будет интегрирован образовательный кластер. Причем на первом этапе это будет последипломное образование для медсестер и врачей.

А додипломное образование, например, запустить силами зарубежного университета, чтобы выпускники могли получать сразу два диплома — российский и страны-участника проекта.

Следующий большой раздел —R&D. Это разработка, участие в разработке на различных этапах новых лекарственных препаратов, изделий медицинского назначения. Это опытно-конструкторские бюро, это производство мелких серий лекарственных препаратов и медицинских девайсов. И возможность благодаря нашим же участникам получать в ускоренном порядке регистрационные документы стран-участниц. Таким образом, в международном медицинском кластере мы готовим медицинский персонал, разрабатываем новые виды лекарственных препаратов и изделий медицинского назначения, и наконец, мы здесь лечим!

Таким образом, мы создаем высококлассную экосистему. Следующим этапом мы подключаем аналитику и понимаем, в чем плюсы-минусы, в чём ключевые факторы успеха, и пытаемся всю эту систему экстраполировать на отрасль здравоохранения России. В. А кто заказчик этого масштабирования? Это же баснословных денег стоит? И. Х. Мне представляется, что в послании Президента четко обозначена задача обеспечения технологического прорыва! Экспортоориентированное импортозамещение. Мы должны перенять лучшие мировые практики, локализовать их с учетом нашей специфики и быть готовыми к имплементации наших наработок за пределами России. Как один из результатов — увеличение медицинских туристов в России.

Есть примеры успешных реализаций?

Полагаю, Татарстан по системе организации оказания медицинской помощи — один из лидеров России за счет четко выстроенной маршрутизации, за счет очень серьезных инвестиций. Был этап, когда мы занимались высокотехнологичными центрами в течение трёх лет, был этап, когда мы занимались специализированной помощью, сейчас у нас очень бурно идёт проект по реконструкции поликлиник, у нас внедрена информационная система, у нас хорошо выстроена система ранней диагностики злокачественных образований, то есть, мне представляется, что в республике есть большие, серьёзные наработки.

Цифровизация медицины и частный бизнес

А где в этой схеме место частному бизнесу?

Вы говорите, если я правильно вас понимаю, об интеграции частной медицины и государственной? И о том, что и те и другие должны работать по единым правилам игры. И о том, что с точки зрения информационного взаимодействия они должны быть включены в некую технологическую цепочку? Ну, ключом решения этой проблемы является единственный фактор — это тариф оказания медицинской помощи. Если мы в тариф медицинской помощи, ОМС, заложим инвестиционную составляющую, то все будет справедливо, а также обеспечит поступательное развитие отрасли.