Художница Юлия Вирко: «Моя живопись – о той доле секунды пробуждения, в которой сны ощущаются, как реальность»

4 сентября в Центре современного искусства «Винзавод» открывается выставка «Твое сознание не знает границ» молодых художников Юлии Вирко и Антона Гельфанда. Юлия – живописец, а Антон работает с различными медиа: фотографией, скульптурой, видео. О выставке на Винзаводе, о том, что объединяет двух художников, а также о снах в жизни и в искусстве Юлия Вирко рассказала в интервью Infox.

О чем выставка «Твое сознание не знает границ»?

Все работы в этом проекте — попытка передать эмоции и некое пограничное состояние между сном и реальностью. Моя живопись – о той доле секунды пробуждения, в которой сны ощущаются, как реальность. В такой момент все происходит, как наяву, но отдельные детали не совпадают с «привычной картиной». И тут-то мы просыпаемся и понимаем, что это был сон. Мозг говорит: «В библиотеке не ставят ванны, и уж, тем более, в ней не может сидеть бык». Бывает так, что мы пытаемся – и не можем вспомнить содержание сна, многое ускользает. Поэтому на моих картинах какие-то элементы не прописаны: они растворяются, как воспоминания о снах, которые мы совсем недавно видели, как наяву.

Антон Гельфанд:

«Мы с Юлей часто говорили о пребывании в некоем пограничном пространстве меж двух миров. Я думаю, многие в нашем поколении переживают состояние раздвоенности. Нам повезло: возможность передвигаться по планете, говорить на двух языках, соотносить себя с разными культурами – это большая удача, во многом демонстрирующая нам же, кто мы такие. Данный проект суммирует наш с Юлей опыт экзистенциального дуализма».

Наталия Грабарь, организатор выставки:

«Несколько лет назад работы Юлии Вирко и Антона Гельфанда экспонировались в галерее «Солянка». Я увидела, что в разных техниках они вместе представляют целый слой художников, открывающих новые формы в искусстве. Так возникла идея их объединения в проекте «Твое сознание не знает границ» на Винзаводе.

Как ты думаешь, в чём принципиальная разница в подходе к образованию художников в России и в США?

Мне кажется, российские художники испытывают в своём творчестве противоречия, заложенные довольно жесткой школой. Скажем, всегда считалось неправильным писать акрилом поверх масла. Но как художник обнаружит собственную манеру письма, если не будет экспериментировать? В зарубежных школах акцент делают на концептуальную идею и готовность пробовать. Там считают, что иногда это важнее «чистого» ремесла. И я благодарна моим первым русским учителям – Екатерине и Валерию Яковлевичу Левенталь – за то, что они рекомендовали мне учиться в США.

Все картины проекта – крупноформатные. В чем особенность работы над такими масштабными полотнами?

Это как бесконечный пазл: если я добавлю еще один цвет сюда, то знаю, что все остальное должно поменяться. В этом и азарт. Но главное – при работе с большим размером у тебя нет права на страх. Нас учили не привязываться к своим работам – если ты относишься к ним, как к своим детям, сложнее менять какие-то вещи или экспериментировать. Иногда оставляешь то, что можно было бы изменить, потому что боишься испортить остальное. А крупный формат не прощает страха. Либо ты оставляешь все, как есть, чтобы потом, скорее всего, об этом пожалеть, либо ты принимаешь решение и следуешь ему до конца.

В центре проекта «Твое сознание не знает границ» – тема памяти. Что для тебя память?

Память во многом работает так же, как сон: это – как граница между прошлым и настоящим, на стыке с реальностью. Некоторые считают, что воспоминания – это чердак, откуда мы можем достать все, что угодно, из прошлого. Но на самом деле, это, скорее, почва. И чем больше на неё попадаёт информации «сверху», тем сложнее вспомнить, что на самом деле происходило много лет назад. Меня лично это сильно интригует, и я уверена, что Антона тоже занимает эта идея.

Известный эксперимент: людям в супермаркете говорят, что, когда они были детьми, их пытались украсть в том месте, где они сейчас находятся. И многие действительно вспоминают «попытку похищения», хотя, на самом деле, с ними ничего подобного никогда не происходило. Но это не значит, что они врут. Просто наш мозг в какой-то степени работает отдельно от нас, и мне, как художнику, важно это исследовать и использовать в своих работах. Мне интересно, какие образы рождает память.

Ты уехала из Москвы в 11 лет, но приезжала сюда каждый год. Как ты на протяжении этих лет воспринимала город, страну?

После отъезда из России я жила в Англии и во Франции, а потом переехала в США. Если честно, возвращаться на две недели в Москву не очень комфортно. Менталитет меняется, невозможно везде чувствовать себя «своим». Плюс к этому, юношеский бунт – мне всегда казалось, что хорошо может быть только в том месте, которое ты выбрал сам. В России я не ощущала себя «правильной». За границей не возникает ощущения, что тебя осуждают за какие-то мысли или эмоции. Теперь, когда я впервые приехала сюда на длительный срок, мои представления изменились. Но говорить, что где-то лучше, а где-то хуже, нечестно. Все зависит от людей, которые тебя окружают. Я чувствую себя более свободно, когда передвигаюсь. Антон как-то назвал меня travelling woman — пожалуй, так и есть. Путешественница.

Не теряется ли в перемещениях ощущение дома?

Для меня дом – это люди. Я человек привычек. Сейчас живу в Москве, и здесь мой дом. Но, переезжая, я с удовольствием его строю заново в новом месте.

Выставка «Твое сознание не знает границ» открыта в Цехе Белого в ЦСИ Винзавод до 27 сентября.

Вход свободный.