11:05
Москва
21 ноября ‘17, Вторник

МНЕНИЯ INFOX.RU

Сергей Николаев
Политолог

«Русские в Татарстане не хотят себя чувствовать как русские на Украине»

Опубликовано
Текст:
Фото: Pixabay.com

Никогда еще этнолингвистический конфликт в Татарстане не был настолько близок к социальному взрыву, как в эти дни.

Действия, которые в эти дни предпринимает Казанский кремль по вопросу о добровольности изучения татарского языка в школах республики, можно назвать одним словом — истерика.

Письма татарских писателей президенту РФ, петиции за обязательное и поголовное изучение татарского, создание «Координационного совета народов Поволжья и Урала» из числа татарских, чувашских и марийских сепаратистов, инициативной группы «Татары за Собчак» (условие — отмена «будущим президентом Ксенией Собчак» поручений Владимира Путина), заявления муфтия, флешмобы артистов татарской эстрады, «представительские родительские собрания» с резолюцией главе Минобрнауки РФ Ольге Васильевой, заседание Госсовета и т. п. Все это проходит в авральном режиме и с такой энергией, что даже неспециалисту понятно: на противодействие, проще говоря, саботаж поручения Владимира Путина «по языковому вопросу» в Татарстане этнократия бросила все имеющиеся ресурсы.

Напомним, что жалобы родителей из Татарстана, детей которых много лет заставляют изучать «второй государственный татарский язык», были, наконец, услышаны на самом высоком уровне. Президент России Владимир Путин дважды обращал внимание на проблему: 19 мая 2015 года и 20 июля 2017 года на заседаниях Совета по межнациональным отношениям.

Однако в республике оба раза притворялись глухими, вследствие чего президент дал поручение Генпрокуратуре и Рособрнадзору «проверить факты принудительного обучения неродным языкам и государственным языкам республик вопреки воле родителей детей как их законных представителей».

В Казани молчали до последнего, однако по мере того, как начались прокурорские проверки, стал разыгрываться политический спектакль, во многом напоминающий то, как разворачивался в республике националистический шабаш на заре бурных 1990-х. Сегодня упор делается на две вещи — сознательную подтасовку фактов и этническую мобилизацию.

Требования родителей изучать русский язык в полном объеме и о добровольном изучении татарского в республиканских СМИ (здесь следует особенно выделить «деловую газету» «Бизнес Online») стали выставлять как «запрет на изучение татарского языка». Это делалось и делается как за счет манипулирования понятиями, так и за счет прямой лжи, идущей на фоне нагнетания протестной активности на строго модерируемых форумах изданий. Всех же, кто говорит о добровольности изучения татарского языка, объявили шовинистами. А председатель Всемирного форума татарской молодежи Табрис Яруллин, который выступил с данным заявлением, тут же получил повышение в карьере.

Этническая мобилизация идет не только за счет национал-сепаратистских организаций типа ВТОЦ или Союза татарской молодежи «Азатлык», но и тех, кто ранее дистанцировался от политики, вроде татарских эстрадных певцов, неожиданно вышедших (выведенных?) на уличную акцию протеста.

Параллельно с этим идет откровенное давление и угрозы со стороны руководства школ, которое прямо запрещает родителям выбирать 1-й и 2-й учебные планы, позволяющие изучать русский язык в полном объеме и без изучения татарского. Наиболее нагло в этом отношении ведут себя директора-националисты «престижных учебных заведений», которые ультимативно принуждают подписывать заявления на согласие только с 3-м учебным планом, где изучение татарского языка обязательно, а русский дается в меньшем объеме.

В частности, особняком стоит казанская школа № 18, директриса которой Надия Шевелева в приватных беседах хвастается личной дружбой с женами Минтимера Шаймиева и Рустама Минниханова. Как сообщают очевидцы, «Надия Масгутовна просто собрала заявления и заперла их в сейфе, отказавшись отвечать на вопросы возмущенных родителей».

Разгул националистов в системе Минобрнауки Татарстана, включая откровенный саботаж рекомендаций президента РФ со стороны главы ведомства Энгеля Фаттахова (инженера-механика по образованию), странным образом не замечается республиканской прокуратурой, которая должна, по идее, пресекать подобный произвол. Здесь важно заметить, что агрессия, с которой выступают директора и завучи школ, невозможна без указаний сверху, конкретно — из Министерства образования и науки Татарстана.

Первое, что неизбежно приходит на ум, глядя на всю эту синхронность акций, это то, что у кампании, в целом, есть свой главный режиссер. Нарастающая частота, спланированность, темп, удивительная смелость активистов, попустительство (организаторы не согласовывали акции с городскими властями) возможны, только если процессом управляет самое влиятельное лицо в Татарстане.

Тот, для кого важно «не прогнуться» перед Москвой, а отстоять очередной символ эпохи «парада суверенитетов» начала 1990-х годов. Наряду с должностью президента Татарстана, договором о разграничении полномочий с Москвой, обязательный татарский язык в школах республики выглядит как символ «татарской государственности».

Возникает вопрос: стоит ли за всем этим лично президент Татарстана Рустам Минниханов? По его ли распоряжению дано указание организовать весь этот шабаш? Складывается впечатление, что скорее нет, чем да. Ведь объектом персональной критики становится именно Минниханов, к которому предъявляют претензии все эти национал-активисты, упрекая «в нерешительности», «слабости», «отсутствии воли», «низкопоклонстве перед Москвой».

При этом, важно подчеркнуть, персональной критики в адрес первого президента Татарстана, а ныне госсоветника Минтимера Шаймиева не ведется, более того в социальных сетях часто встречается мнения, что, дескать, «при Бабае было все не так», «Шаймиев умел торговаться с Москвой», т. е. подчеркивается определенный контраст между Шаймиевым и Миннихановым в пользу первого.

Очевидно, что за всем этим политическим цирком «по защите татарского языка» стоит националистическая фронда, которая вынуждает Минниханова становится в открытую оппозицию к главе Российского государства, толкая его на конфликт с федеральным центром.

Минниханов хоть и старается устраниться от этого, но долго это не может продолжаться. Напористость со стороны татарских националистов оставляет Минниханову мало пространства для маневра: с одной стороны, есть необходимость соблюдения федерального законодательства, предоставляющего возможность выбора учебного плана родителям, есть поручения президента страны, запрещающего принудительное обучение неродному языку в ущерб русскому, есть огромное недовольство русскоязычных родителей, уставших за 25 лет быть в роли подопытных кроликов в этом этнолингвистическом эксперименте.

С другой стороны, есть татарские националисты, требующие во чтобы то ни стало сохранить принудительное обучение всех школьников татарскому.

Вероятнее всего, под давлением националистической фронды Минниханов склонится на сторону татарских националистов, поскольку такие есть не только среди населения, но и в правящей элите, и в его окружении. Этнически русские чиновники в Татарстане, которые осознают абсурдность принудительного обучения татарскому, занимают пассивную позицию, хотя понимают, что федеральное законодательство и поручения Путина в республике игнорируются или трактуются избирательно.

Театр абсурда принимает настолько одиозные формы, что доходит до угроз физической расправы с наиболее несогласными родителями. В частности, в 161-й казанской школе, один из родителей-татар стал оскорблять родителя-русского за то, что тот стал отстаивать право своего ребенка изучать вместо татарского родной русский язык. Дело чуть-чуть не дошло до рукоприкладства.

Самое странное, что власти в Татарстане, признавая наличие многолетнего противостояния с родителями, упорно стоят на сохранении принудительного обучения татарскому.

Не исключаю, что одним из номеров этого циркового представления станет заявление так называемого «Русского национально-культурного общества РТ» — «ручной» русской организации, созданной региональными властями в 2012 году, дабы потеснить неуправляемое Общество русской культуры Татарстана.

Кстати, татарстанский митрополит Феофан (Ашурков) уже выступил в поддержку местной языковой образовательной политики, — либо совершенно не вникнув в ее суть, либо абсолютно безразлично отнесясь к тому, что его паства в Татарстане страдает от нее и добивается, чтобы у детей появилась возможность учиться так же, как у их сверстников в Ульяновской и Челябинской областях, где до приезда в 2015 году он был митрополитом.

Фактически, власти Татарстана, демонстративно саботируя федеральное законодательство и поручения Владимира Путина, в очередной раз сознательно «раскачивают лодку» межнациональной нестабильности, рассчитывая, что федеральный центр пойдет на уступки, даст задний ход, сторгуется.

Видимо, испытав горечь поражения в борьбе за продление договора о разграничении полномочий с федеральным центром, в Казанском кремле учли все просчеты и подошли к вопросу сохранения «принудиловки по татарскому» более основательно. На этот раз больше напора, больше нахрапистости, больше неадекватности, больше истерии, — чтобы сложилось впечатление, будто любые попытки освободить от языкового насилия жителей Татарстана — это «покушение на интересы татарского народа».

На одном из плакатов, с которым выходила на митинги и пикеты русская общественность в Татарстане, было написано: «Русские в Татарстане не хотят себя чувствовать как русские на Украине». Все чаще и чаще, откровеннее и наглее, ощущая полную безнаказанность, родителям русскоязычных детей в Татарстане бросают слова «Не нравится — уезжайте из Татарстана в Россию». Причем такие заявления слышны не только от татарских национал-активистов, но и от директоров в школах. Тех самых, в кабинетах которых висят флаг России и портрет президента нашей страны.

Никогда еще этнолингвистический конфликт в Татарстане не был настолько близок к социальному взрыву, как в эти дни.

Источник

Читайте также:

Собчак: "Кемску волость? Да забирайте! Точка!"

Как мы держимся на краю пропасти?

Трагедия Фельгенгауэр: эхо атмосферы ненависти

 

 

Последние посты

Реклама


Мы рекомендуем

21.11.2017, 09:44
Контртеррористическая операция в Сирии близка к завершению, но российские военные базы в этой стране останутся и после ее окончания.
21.11.2017, 09:21
Популярная плюс-сайз модель и активистка движения бодипозитива 30-летняя Эшли Грэм очень хочет стать моделью шоу Victoria’s Secret.

Реклама