Банк России готовит поправки в закон о платформенной экономике с целью внедрить системный надзор.
Об этом глава ЦБ Эльвира Набиуллина сообщила на конференции «Фокус на клиента». По её словам, регулятор стремится уйти от практики рассмотрения каждого случая врозь, как это происходило на начальном этапе работы с финансовыми организациями.
Необходимость таких правок Набиуллина объяснила тем, что платформы всё чаще объединяют в одном продукте торговую и финансовую составляющие. По её мнению, именно те, кто формирует предложение, должны нести ответственность за итоговый результат перед потребителем. Хотя формального регулирования пока нет, отметила глава Центробанка, ведомство уже взаимодействует с платформами, и те учитывают его замечания.
Подготовка поправок сопровождалась широкой дискуссией и спорами, — рассказала Эльвира Набиуллина. «Надеемся, что Государственная дума… примет их в эту сессию, поскольку это существенные изменения для защиты прав потребителей», — пояснила она.
Закон о платформенной экономике вступил в силу 1 октября. Он устанавливает права и обязанности операторов платформ, владельцев пунктов выдачи заказов, продавцов, покупателей и исполнителей работ, а также вводит требования к размещению предложений о продаже товаров на посреднических цифровых платформах.
Под системным надзором обычно понимают комплекс мер, направленных на выявление и управление рисками, которые несут для потребителей и для стабильности рынка крупные цифровые платформы. В практической плоскости это может включать:
- критерии отнесения платформ к «системно значимым» (например, размер аудитории, объём транзакций, роль в инфраструктуре рынка);
- обязательные требования по управлению операционными и киберрисками, резервированию средств и внутреннему контролю;
- расширенные требования по прозрачности условий, предоставлению отчётности регулятору и уведомлению о значимых инцидентах;
- правовые меры по распределению ответственности между платформой, продавцом и платёжным сервисом, а также механизмы возмещения вреда потребителям.
Многие элементы таких мер имеют аналоги в международной практике — например, в регулировании крупных цифровых «gatekeeper» в ЕС (Digital Markets Act) и в правилах по безопасности цифровых сервисов (Digital Services Act). В российском контексте нововведения направлены на то, чтобы исключить размывание ответственности в случаях, когда платформа одновременно выполняет роль маркетплейса, логистического оператора и провайдера платёжных услуг.
